Главная Новости О моде Александр Васильев Русские женщины любят нравиться

Русские женщины любят нравиться

Историк моды и ведущий популярной телепрограммы на Первом канале "Модный приговор" Александр Васильев следит за модными тенденциями во всем. "Мода - это такая вещь, которая проникает во все сферы нашей жизни, в том числе и в гастрономию, кино, музыку, архитектуру, - утверждает Васильев. - Быть модным - значит находиться в курсе, быть любознательным и открытым". О том, какие "тенденции жизни" актуальны нынче в мире, историк моды рассказал "Труду".

- Александр, у вас столько разных проектов - какую роль среди них играет телешоу "Модный приговор"? Это добавка ко всему прочему для популярности или вещь самоценная?

- Конечно, самоценная, и вот почему. Россия - страна, очень ориентированная на моду. Даже фетишизирующая ее. А я хочу показать самой широкой публике истинное место моды в жизни. Если помните, девиз программы "Модный приговор" таков: "Следовать моде смешно, не следовать - глупо". На мои академические курсы лекций приходят сотни людей, а интересующихся вопросами моды - миллионы. Им академические занятия недоступны, им нужно совсем другое - fashion-журналистика, популярный (но квалифицированный!) разговор о моде, вообще о стиле в жизни. Однако в нашей стране журналистика моды делает лишь первые шаги. Но делает - в частности, благодаря и моим выступлениям на телевидении.

- А что для вас значит красота?

- Все должно быть красиво. Даже еда. Я неравнодушен к кухне Юго-Восточной Азии, считаю, что настоящий рай для гурманов находится в Сингапуре. Но любимая кухня, мода, архитектура, стиль жизни - это, конечно, Франция. В этой стране я как дома.

- Откуда такая страсть именно к Франции?

- Я рос в творческой семье с богатыми традициями. Мой отец - художник, мать - актриса, деды и прадеды - все с хорошим образованием. Я рос в благодатной атмосфере культуры: читал прекрасные книги, часто бывал на театральных постановках, в картинных галереях и на выставках. Уже в школьные годы мне была очевидна громадная пропасть между тем, что приходится видеть в советском ежедневье, и идеальным миром искусства. Я видел, что советская система не дает прорасти ничему действительно талантливому - за редким исключением. И для меня, воспитанного во многом на традициях романтизма XIX века, образцом стиля, искусства, да вообще воплощением всего утонченного, конечно, являлась Франция. Именно тогда я пообещал себе: если до 1980-х годов в Советском Союзе ничего кардинально не изменится, я обязательно эмигрирую во Францию. Я действительно в 1982 году уехал в Париж, сразу после окончания школы-студии МХАТ.

- Говорят, вы даже прибегли к браку по расчету?

- В каком-то смысле да, но не по тому расчету, который обычно имеют в виду. Я был страшно влюблен в другую девушку и устремился вслед за ней во Францию - так сложились обстоятельства. Но вспомните: СССР был закрытой страной, и чтобы выехать за рубеж, нужно было веское основание - к примеру, брачные отношения. Поэтому да, ради визы, ради того, чтобы я мог быть с любимой женщиной, пришлось заключить этот фиктивный брак. Нужно сказать, что по разным обстоятельствам девушка, ради которой я приехал в Париж, так и не стала моей женой. Это грустная история, но я ее уже пережил.

 

- В Париже вы прожили 20 лет и добились известности. Трудно дался этот путь?

- Прежде чем меня стали приглашать декоратором в Ронд Пуант, Студию оперы Бастилии, Бале дю Нор или в Королевскую оперу Версаля, я пел русские песни на парижских улицах вместе с уличными музыкантами. И это была не прихоть - случались дни, когда мне нечего было есть, негде ночевать. Но мои настойчивость, упорство, трудоголизм и хорошее образование сыграли свою роль - я стал тем, кто я есть. Во Франции у меня квартира в Париже и имение в Аверне - регионе со старинными вулканическими горами, который находится в самом центре страны. Мое имение находится в небольшой деревушке. Она известна тем, что половина ее населения - англичане: в Англии жить еще дороже, чем во Франции, поэтому многие эмигрируют оттуда.

- Говоря о французском стиле, невозможно не вспомнить о винах и еде.

- Во Франции очень много розовых вин, они особенно хороши и разнообразны в Провансе. Там предлагают легкие, прохлаждающие, чуть-чуть сладковатые, с цветочным ароматом вина.

- А знаменитые лягушачьи лапки?

- Это скорее туристическое блюдо - сами французы редко их едят, как и улиток. А вот в Гонконге толстая жаба - прекрасное кушанье, я ее очень люблю со шпинатом и под острым соусом.

- У вас, наверное, есть свой повар?

- Нет, конечно. Все почему-то думают, что я миллионер. Достаточно того, что у меня прислуга в Москве и Париже - это, кстати, довольно дорого. Также есть водитель, секретарь. Но держать повара - это не только безумные деньги, но и моветон. Готовить я люблю сам. Либо иду в ресторан.

- Россия в вопросах высокой моды несколько отстает от Западной Европы?

- Ко мне на "Модный приговор" приходят дамы, которые сами себе на одежду приклеивают стразики - чтобы больше блестело. В Европе над этим, может быть, и посмеялись бы, а я считаю, это признаки настоящего народного творчества. Просто у этих женщин еще не выветрилось из генетической памяти, как их прабабушки-крестьянки украшали себя расшитыми золотом кокошниками, душегрейками, сарафанами.

А вот другой пример. В проекте "Школа Александра Васильева" я рассказываю как раз о высокой моде. Слушатели школы выезжают на семинары в различные европейские столицы: в Рим, Париж, Милан: Однажды моя слушательница приехала в Париж в роскошной соболиной шубе до пола и с золотой сумочкой "Фенди". Конечно, был не июль - декабрь, но соболя эти оказались не совсем уместны. Дело в том, что по Парижу мы перемещаемся на метро - так быстрее, потому что нет пробок. И вот эта дама в своих соболях заплывает в вагон - представляете? И к ней тут же придвигаются поближе цыганки-оборванки. Дама долго потом возмущалась: "Почему именно ко мне в сумочку залезли? Что, кроме меня, в вагоне никого не было?!" Конечно, не было - в соболиной шубе и с "Фенди" на боку. Вот по такому виду наших женщин и можно опознать в любой европейской стране.

- Мы что же, генетически безвкусны?

- Нет, просто Россия и Европа - это совсем разные менталитеты, традиции, история: Что хорошо русскому, то европейцу смерть. В Европе моды как таковой уже нет. Там никто не наряжается. Там нормально выйти ненакрашенной, обыденно одетой. А в России женщины живут в остроконкурентной среде: их просто больше, чем мужчин - примерно на 10%. Поэтому наша женщина выработала у себя привычку нравиться на всякий случай - вдруг мужчина интересный попадется, а она вне конкурентного ряда? Вот и закрашивают седину изо всех сил, влезают на огромные каблуки, чтобы дойти до метро, - ни одна не хочет показаться некрасивой или старой. Так что у России свои стандарты красоты. Нельзя подходить с европейскими мерками к стране, где в середине апреля может выпасть снег - западные реалии не соответствуют нашему климату.

- Можно ли научить человека быть стильным?

- Стиль не существует в отрыве от интеллекта, стиль и есть его зеркало. Мне нравится высказывание Армани, что элегантность - это прежде всего ум женщины. Глупая будет носить стринги, накладные ногти и пирсинг в губе. Это не мой контингент.

Наше досье

Историк моды Александр Васильев родился в 1958 году в Москве в семье художника-сценографа и актрисы. В 12 лет поставил спектакль с собственными костюмами и декорациями. В 1980-м окончил постановочный факультет Школы-студии МХАТ. Работал художником по костюмам в Театре на Малой Бронной. В 1982 году переехал в Париж, стал работать декоратором для французских театров и фестивалей. С 1994 года ведет курсы и мастер-классы в университетах мира.

С 2002 года - телеведущий на канале "Культура" (передача "Дуновение века"), с 2009-го - на Первом канале ("Модный приговор"). Обладает коллекцией костюмов более чем из 15 тысяч экспонатов - от XVII века до современности. Автор трех десятков книг о моде.

Автор: Таша Невская

Источник: Труд